Эксперимент на МРОТ: волгоградские журналисты остались без денег

Прошла неделя с начала эксперимента журналистов Дениса и Марии, которые решили прожить месяц на МРОТ в Волгограде. Каждому изначально выдали по 29 802,3 рубля, но уже на второй день пришлось оплатить аренду квартиры и интернет — 31 500 рублей на двоих. После этого на счетах осталось примерно по 14 тысяч.

«Вот тогда уже стало страшновато, — признаётся Мария. — И с самого первого дня я поняла, что всё действительно серьезно, когда мы начали обсуждать покупку стакана сока на обед в столовой. Денис говорил здравые вещи, но мне казалось странным: почему я не могу отдать 38 рублей за сок? Впрочем, я поняла его достаточно быстро: на счету у нас буквально каждый рубль. Так что теперь все траты свелись только к проезду и еде. Почти. Помимо этого мне пришлось оплатить подписку на один остро необходимый сервис. Было больно.»

Денис тоже столкнулся с неожиданными расходами в первый день: «В первый же день эксперимента мне пришлось потратить 350 рублей на такси, чтобы просто не опоздать на работу. Это внушительная сумма, за которую можно купить, к примеру, кило куриного филе. И лишиться ее на старте мне помог общественный транспорт Волгограда. Можно сколько угодно говорить о том, что „а вот в другом регионе“, но живя рядом с Центральным районом, вплотную ко Второй Продольной, добраться до работы могу лишь на перегруженной маршрутке 3с, которая из-за заполненности часто даже не останавливается на моей остановке. То есть у меня, как и у моих сограждан, нет никаких гарантий даже самой возможности воспользоваться общественным транспортом, не говоря уже о его качестве.»

Журналист связывает проблему с отсутствием альтернатив: «Автобусами и троллейбусами у нас занимаются две организации, спонсируемые бюджетом. А теперь представим ситуацию, что все троллейбусы маршрута № 9, который обслуживает одна из них, одновременно выйдут из строя. Есть ли у второй организации хоть один маршрут, который сможет заменить исчезнувший? А если вдруг, допустим, исчезнут все автобусы № 43, то каким образом людям добираться домой на Спартановку? Перечислять можно долго, но у каждого из примеров единственный альтернативой становятся маршрутки. Забитые донельзя маршрутки, которые даже курсируя каждые 5 минут по остановкам, не могут закрыть весь пассажиропоток. Но конкурировать за этих пассажиров у обоих организаций нет смысла: финансы они получают из казны, а как частные лица — никому и ничего не обязаны, особенно простым людям. Так и получается, что даже выходя из дома на полчаса раньше, у тебя всё равно может не быть шанса воспользоваться, казалось бы, базовой услугой. И, может быть, с бюрократической точки зрения это не нарушает ни один закон, но с точки зрения пассажира очень даже хочется, чтобы нарушало.»

За неделю журналисты потратили: на проезд — около 400 рублей, на еду — 1666 рублей (Мария) и 2127 рублей (Денис), на подписку — 650 рублей. В итоге у Марии на карте осталось 11 200 рублей, у Дениса — 11 500 рублей. «А это только первая неделя…» — вздыхает Денис.

Экономия сильно изменила пищевые привычки. Мария рассказывает: «Я очень люблю газировку и что-то пожевать во время работы, например, орешки. Естественно, сейчас у нас на это нет денег. Спасибо, хоть на работе можно бесплатно попить чай и кофе. Пару раз добрые коллеги угощали конфетами, кое-кто даже коробку черешни с дачи привез. Еще и торт удалось поесть благодаря коллеге, которая сейчас уже не работает с нами. Из домашнего я готовила суп, котлеты, небольшой салат и закуску из яиц и лаваша. С учетом того, что дома мы почти не бываем, хватило этого на всю неделю. Кто-то говорит, что наши обеды в столовой — это не экономно. Я не знаю, что должно быть „экономно“, если 200 рублей за блюдо — это уже слишком много. Видимо, надо действительно питаться только лапшой быстрого приготовления. Или фриганством наконец заняться и начать есть из мусорок.»

Марии трудно представить жизнь на 30 тысяч в месяц постоянно. «Все мои мысли крутятся вокруг того, что рано или поздно этот эксперимент закончится, и я смогу вернуться к привычному ритму жизни. А когда представляю, что теоретически и следующий месяц, и следующий, следующий будут такими же… Мне дурно становится. Каждый день страх, что что-то заболит, или я случайно упаду и сломаю руку, или что-то из техники сломается — и это всё будет большой ущерб бюджету. Очень трудно представить, как в таких условиях можно теоретически заводить ребенка. Как этому светлому существу объяснить, что мы не семья чиновников-коррупционеров, а потому никаких ему сладостей и игрушек — только вареная гречка и спать?»