Чужая халатность привела раненого бойца из Волгограда в розыск

Виктория Попова, сестра мобилизованного Андрея Попова, рассказала о ситуации, в которой он оказался после тяжелого ранения. По её словам, из-за чьей-то халатности приказом министра обороны из армии уволили не его, а совершенно другого человека. Теперь боец находится в розыске, и женщина опасается, что его могут забрать обратно на передовую, чтобы скрыть ошибку.

До службы Андрей работал строителем и охранником в магазине. В 2022 году его мобилизовали. В феврале 2023-го, будучи стрелком на запорожском направлении, он попал под минометный обстрел и получил осколочное ранение.

Как вспоминает сам боец, его быстро эвакуировали земляки из Дубовки. «Меня ранило в одном селе. На самом деле мне очень повезло: оттуда быстро эвакуировали ребята из Дубовки, земляки. За это им я бы хотел сказать огромное спасибо, — вспоминает Андрей, — После этого я сначала попал во временный госпиталь, а из него меня доставили в Донецк. Дальше уже отправили в Ростов-на-Дону, оттуда — в Питер, а затем в Екатеринбург».

Год он провел в госпиталях, неоднократно проходил военно-врачебные комиссии. Ему давали отпуск по состоянию здоровья (категория Г — временно не годен) на сроки от 60 до 15 дней. В конце 2023-го Андрей вернулся в Волгоград, где снова лег в больницу.

Там очередная ВВК назначила ему 15-дневный отпуск. За бойцом ухаживала сестра, которая возила его на инвалидной коляске. В начале 2024 года начались странности: позвонили из части и потребовали срочно явиться, пригрозив розыском. Пришлось ехать в Чечню, где Андрей был приписан к части.

По словам Андрея, проблема возникла из-за документального перевода. Сначала его прикрепили к войсковой части в Шали, затем перевели в село Борзой. «Когда я был на санации (живота), в ночь за мной приехала машина, на которой меня увезли в другую часть», — вспоминает он.

После этого бойца уволили по состоянию здоровья приказом Минобороны с подписью Сергея Шойгу (копия есть у редакции). Однако летом при обращении в военкомат за льготами ему заявили: «На вас медицинской документации нет».

В 2025 году начались разбирательства, Андрей получил инвалидность третьей группы. Первое обращение в военную прокуратуру нарушений не выявило (копия ответа есть). Ведомство указало, что военнослужащему нужно обратиться в госпиталь во Владикавказе, а заявлений на выплату единовременного пособия не поступало.

Виктория лично ездила в военные комендатуры в Ростове-на-Дону и Чечне, но нужных документов там не оказалось. В медицинской карте в госпитале в Чечне последняя запись датирована началом 2024 года с рекомендациями по дообследованию и лечению.

Военная прокуратура опротестовала приказ командира части из села Борзой об увольнении. Выяснилось, что из списков армии исключили другого человека — с теми же инициалами, но другим званием, годом рождения и местом службы.

«Установлено, что Попов А. Н. на комиссию с целью определения категории годности к прохождению военной службы не представлялся. Решение военно-врачебной комиссии (указанное в приказе Министерства обороны) относится к старшему лейтенанту Попову А. Н. (с другой датой рождения) и направлено в войсковую часть села Борзой ошибочно. Рядовой Попов А. Н. подлежал дальнейшему прохождению лечения, — гласит протест военной прокуратуры. — Несмотря на это, в 2024 году командиром войсковой части села Борзой издан приказ, в соответствии с которым Андрей Попов исключен из списков личного состава части после предоставления ему отпуска в количестве 11 дней пропорционально прослуженному времени».

По словам военного юриста Романа Пронина, представляющего интересы Попова, после этого военнослужащего восстановили на службе и начали платить зарплату. Однако приказ Минобороны не отменили, а самого бойца на заключительную ВВК не направляли.

«Из-за чьей-то грубейшей халатности боец был уволен по чужим документам. Андрей не может получить удостоверение ветерана боевых действий. Военная прокуратура в 2024 году признала увольнение по медицинской документации другого человека. Тем временем боец был объявлен СОЧ, так как по факту не прошел ВВК в своей части, а уволен был совершенно другой человек. Но в 2025 году эта же прокуратура признала незаконным увольнение военнослужащего и потребовала, по сути, вернуть раненого военного, который постоянно лежит на операциях, в ряды армии. При этом еще действовал приказ Министерства обороны о признании Андрея негодным к службе».

В конце 2025 года у Андрея возникли осложнения, он лечился в больнице в Дзержинском районе Волгограда. Диагнозы: послеоперационная вентральная грыжа, спаечная болезнь брюшной полости, посттравматический остеомиелит бедренной кости и синдром вертебро-базилярной недостаточности.

«В то время стоял вопрос об ампутации ноги. Андрей перенес несколько сложных операций, — вспоминает Виктория. — Организм перестал бороться, и никакие антибиотики не помогали. Врачи даже говорили даже о том, чтобы перевозить его в другую больницу на вертолете. Но нам повезло: ногу получилось сохранить. Конечно, большое спасибо за это врачам».

В начале 2026 года его выписали из волгоградской больницы без объяснения причин. Как оказалось, на имя главврача пришел запрос из войсковой части с просьбой дать сведения об обращениях за медпомощью и рассмотреть перевод в ближайшую военно-медицинскую организацию (копия есть).

Виктория считает, что Андрея разыскивают сослуживцы. Соседи по месту прописки в Дубовке заметили неизвестных, приехавших на гражданской машине. «Недавно по месту прописки Андрея в Дубовке приехали неизвестные люди на гражданской машине. Раньше в том доме жила только наша мама, которая скончалась. Эту историю мы узнали только от соседей. Неизвестные очень громко тарабанили в окна и дверь дома. Когда к ним вышли узнать, в чем дело, они представились как «розыск из Чечни»», — рассказывает Виктория.

Позже с ней связался человек, представившийся военным дознавателем, в запрещенном мессенджере он был подписан как Ротор. В день России, 12 июня, ей начали звонить. «Человек представился вроде как Денис и сказал, что он из нашей военной комендатуры. Он начал спрашивать, где Андрей сейчас, его номер телефона и прочие контактные данные. После этого мне начали снова звонить и присылать сообщения в WhatsApp*. В одном из сообщений он прямо сказал: «Вы же понимаете, мы всё равно его найдем». Брат как раз в то время готовился к операции 15-го числа, поэтому я им ничего не сообщила. Мне кажется, что его вообще хотят забрать на линию соприкосновения, чтобы скрыть все эти ошибки».

12 июля приказ министра обороны об увольнении Андрея Попова был отменен как нереализованный. Об этом Ротор сообщил Виктории по переписке.

Юрист Роман Пронин считает, что теперь бойцу предстоит пройти новую ВВК. «Теперь необходимо будет пройти новую ВВК с целью определения категории годности к военной службе. При этом он инвалид третьей группы по военной травме. Те деньги, которые он получал, — это зарплата за период его необоснованного увольнения. То есть они обязаны были произвести выплаты, но после отмены приказа министра обороны. Фактически их выплатили раньше, но только неправильно, и теперь потребуется перерасчет, — рассуждает общественник. — Как я полагаю, они сейчас очень злые и крайне желают, чтобы он оказался, как говорится, в их руках, чтобы оторваться. Ведь данная отмена бесследно не проходит: наверняка некоторых должностных лиц серьезно наказали. Но теперь Андрею могут, я считаю, навредить».

В военно-следственном управлении подтвердили, что в отношении Андрея Попова возбуждено уголовное дело. «Военными следственными органами Южного военного округа в отношении Андрея Попова возбуждено уголовное дело, производство предварительного следствия по которому до настоящего времени не завершено».

В Генеральную военную прокуратуру направлен запрос, но ответа на момент публикации не было.

Похожая история произошла с ветераном СВО Алексеем Барановым, который после возвращения с передовой оказался в федеральном розыске как дезертир. Он был прикреплен к двум воинским частям, пытался уладить вопросы с выплатами и исправить ошибку в приказах командиров, из-за которой на него завели уголовное дело за самовольное оставление части.